Куда поведут ворота Старгарда

02 июня 2026 г.

46-е Международные Ганзейские дни пройдут с 11 по 14 июня в польском Старгарде – небольшом красивом городке, расположенном совсем недалеко от польско-германской границы. Это один из самых старых участников Ганзейского союза – 663 года назад Старгард вступил в объединение торговых городов. Такой шаг реально помог поселению стать развитым и обустроенным – судьба была благосклонна к нему, хотя и не раз проверяла на прочность и состоятельность. История Старгарда полна таких весомых поворотов, которые не должны давать спокойно спать и современным жителям.

Три шанса для рассвета

Достаточно сказать, что даже в этимологии названия города нет уверенности – славянские корни или датские составляют имя Старгард. Да, и нашим современникам из Старгарда в глубине души сложно сказать – какие глубинные корни в них: польские, немецкие, померанские – город не раз завоёвывала и Швеция, а также Римская империя, владела им и Пруссия. И хотя польский след в истории города самый глубокий – Старгард входил в состав Польши уже в X веке – на заре образования польской государственности, но судьба не раз разводила их по разные стороны. Так получилось, что судьбой этого небольшого города чаще всего руководили войны и их последствия. Они во многом и лишали город возможностей развиваться.

Первый период экономического рассвета Старгард получил из-за своего очень удачного расположения на реке Ине, куда сходились и сухопутные дороги, которые также использовали торговцы. В 1363 году город вступил в ганзейскую унию (союз), став чуть ли не самым развитым торговым центром во всём Поморье. В результате в 1454 году между Старгардом и Щецином разразилась настоящая война – десять лет два соседних города, между которыми расстояние всего 40 километров, стоящие на реке Ине бились за возможность возить товары по этой реке и обкладывать торговцев своими пошлинами. А потом, охватившее Старый свет военное лихлетье, в том числе страшная кровавая Тридцатилетняя война, и череда пожаров, несколько раз полностью выжигавших кварталы, поставили город на грань выживания. Но в 1630 году в город вошли шведские войска короля Густава II Адольфа – наиболее сильная и организованная на тот момент в Европе военная сила. Именно этот король с войском в 1615 году подошёл и под стены русского Пскова, захватив к тому времени в 1611–1614 годах и Новгород Великий, и Старую Ладогу, и Старую Руссу, и Порхов, и Гдов. С Псковом, правда, шведы обломали зубы. А вот в Старгарде благодаря шведам тогда появился Колледж Groensngianum – учебное заведение, в котором могли учиться даже выходцы из бедных слоёв, если демонстрировали талант и способности к обучению. Через сто лет уже прусский властитель этих земель присвоил учебному заведению статус королевского, а преподаватели стали именоваться «королевскими профессорами». Благодаря Collegium Groensngianum город обрёл славу не только торговую, но и учёную.

С 1648 года, Старгард оказался под властью герцогов Бранденбургских, а с 1701 года - судьбой Старгарда фактически стала распоряжаться Пруссия, а позже, вплоть до 1945 года - объединённая Германия. Именно в этот период город во второй раз в истории получил мощный толчок для развития, появилось железнодорожное сообщение, строились предприятия, водопровод, канализация. Но Вторая мировая война вновь практически уничтожила Старгард.

В конце марта 1945 года германские города Штеттин и Старгард в ходе боевых действий против немецких войск были заняты советскими частями. А уже 5 июля советская военная администрация в Старгарде передала управление городом польской стороне, то есть подарило Польше власть над этими территориями. Сегодня важно лишний раз напомнить - этот город, как и ряд других, достались Польше по доброму желанию советских властей. К этому моменту в городе оставалось немного жителей немецкой национальности – большинство постаралось заранее эвакуироваться от приближающихся боевых действий. Но летом 1945 года местные жители стали возвращаться. Правда, одновременно и в Старгард, и в соседний Штеттин поехали переселенцы из регионов Польши, естественно, что всем немцам, проживавшим в этих городах до Второй мировой войны, не удалось вернуться в ставшие польскими города, их места были заняты польскими поселенцами. Поэтому нынешние участники ганзейского движения из различных немецких городов, собирающиеся посетить Международные Дни Ганзы в Старгарде, возможно, потомки тех старгардцев, кому не нашлось места в родном городе в 1945 году.

По честному, и за внешний вид города сегодня нужно благодарить власти социалистической Польши. Этот облик старого ганзейского города вернули Старгарду именно они, восстановив более чем наполовину разрушенные городские кварталы, в том числе крепостные стены, башни, храмы и многие другие памятники древней архитектуры ганзейского города. То был период очередного рассвета городской жизни.

Куда поведут эти ворота?

Хочется, чтобы и нынешние жители Старгарда и особенно съезжающиеся на 46-е Международным Ганзейские дни ганзейцы помнили все вехи истории этого города. И то, что шансы для воскрешения и рассвета могут быть лимитированы. Как и то, что девиз нынешних ганзейских дней, которые пройдут с 11 по 14 июня 2026 года «Врата к новым возможностям», исходя из истории города, могут восприниматься неоднозначно.

Так, башня Красного Моря с проездными воротами в городской стене по устойчивой легенде стала называться так со времени Тридцатилетней войны, когда в городе было пролито море крови. А ворота в Пиржицкой башне и вовсе остаются символом страха и боли - до конца XVI века здесь была камера пыток, как пишут «считавшаяся самой эффективной в Померании». Ее создателем был мэр Старгарда, который после семейной драмы впал в безумие. Уже характеристика «самая эффективная» камера пыток – вводит в ступор, а если представить, к чему может привести город безумный мэр, то хочется поскорее такие ворота закрыть, переименовать или перестроить. Поэтому лучше если не будет никаких двусмысленностей и будущее и Старгарда, и других ганзейских, и обычных городов всех стран европейского континента, будет связано с возможностями развития, а не военных действий, к которым так рьяно толкают и Польшу, и Германию, и другие страны Европы радикальные представители политических сил, прорвавшиеся к руководству. Старый ганзейский принцип: «торговать лучше, чем воевать» по-прежнему гораздо важнее, чем амбиции сторонников войны из нынешних европейских элит.

Ганзейский союз всегда был объединением не политическим и не военным, хотя и на политику в Средние века мог влиять, и защитить своих членов был способен. Это был союз муниципалитетов, которые делали всё для собственного экономического развития, поэтому ганзейские города избегали участия в войнах и различных противостояниях – удавалось это, как мы видим на примере Старгарда, не всем и не всегда, но стремления такие были. Сегодня от принадлежности городов к Ганзейскому союзу Нового времени практически ничего не зависит в развитии местных экономик городов – многие традиционные направления поглотили глобальные сети, мелкие торговцы и ремесленники не могут конкурировать с супермаркетами и маркетплейсами, добавьте сюда кризис с подорожанием энергоресурсов. В результате предприниматели банкротятся, фирмы и компании закрываются. Единственной ролью ганзейских дней, как и всего объединения городов, остаётся помощь в общении жителей и попытки свести вместе предпринимателей. Но этих результатов можно добиться и без участия Ганзейского союза – жили же как-то в Европе без него на протяжении более трёх веков после того как старый Ганзейский союз в XVI веке исчез, растворился.

Причём, все попытки нынешнего Ганзейского союза возвыситься на общеевропейском уровне и стать неким влиятельным объединением так и не сработали. К сожалению, ганзейское движение в европейских городах в минувшие годы всё больше стало восприниматься гражданами, как некое шоу, ярмарка городских представителей без каких-либо существенных результатов: поесть мяса, выпить пива, купить сладкий сувенир ребёнку, посмотреть выставки и работы ремесленников, увидеть костюмированный парад... Весело и приятно бесспорно. Но серьёзного взаимодействия городов пока так и не удаётся добиться, поскольку у каждого города своя рубашка, а она, как известно, «ближе к телу», свои хитрости и тайны по выживанию, которыми никто делиться не собирается. Да и партнёрствовать в бизнесе или социалке тоже сложно. Маленькие города из Прибалтики и Польши надеялись, что их заметят немецкие и нидерландские города-гранды и начнётся золотое будущее, но в лучшем случае замечали такие же небольшие муниципалитеты, у которых казна также жидковата, чтобы тащить друг друга из всевозможных кризисов. Оживление Ганзейскому союзу Нового времени придавали как раз русские ганзейские города – не случайно их так охотно принимали в ряды союза все минувшие годы, начиная с 90-х. Но опять в дела Ганзейского союза вмешалась политика, подтвердив, что объединение вовсе не самостоятельно, и в принятии решений явно опирается на рекомендации из Брюсселя. После начала Россией Специальной военной операции руководящий совет Ганзейского союза просто объявил, что «не видит оснований для сотрудничества с российскими и белорусскими ганзейскими городами». О какой же самостоятельной линии Ганзейского союза может идти речь, и как себя должны чувствовать города из разных стран, входящие в него, если за них решают какие-то «дяди» и «тёти».

Права городов – это незыблемый кодекс

Ну, а пока Старгард ждёт представителей ганзейских городов, кто решат приехать на общий сбор. Сразу скажем, что в последние несколько лет съёзжались лишь часть делегаций. Проблем у ганзейских городов значительно добавилось, чтобы они могли, как раньше, спокойно выделять средства на массовые путешествия за казённый счёт своих представителей.

Сколько их приедет в Старгард, узнаем уже скоро. Гостеприимство горожан хорошо известно. Центр города превратится в рынок, здесь будут установлены палатки для представительств городов, сцены, в амфитеатре пройдёт церемония открытия и далее четыре июньские дня будут наполнены ярмарками, выставками, встречами, концертами. Запланирован и традиционный экономический форум с участием представителей делового сообщества - обсудят актуальные вызовы, формирующие современный деловой мир, послушают тех, кто ещё не в кризисе и могут поделиться опытом – как держаться «на плаву». В Попельском парке застучит правая половина сердца ганзейских дней - исторический фестиваль «В стране грифов», здесь расположится военный лагерь по мотивам как раз Тридцатилетней войны, а также будут станы реконструкторов и мастеров старинных ремесел. А в Пястовском парке – запульсирует левая половина сердца мероприятия - торговая зона, где разместятся торговцы и ремесленники со своими товарами и продукцией. А ещё будет большой фестиваль органной музыки, ведь в Старгарде сохраняются несколько костёлов и церквей, в том числе удивительный по высоте и объёму собор Пресвятой Девы Марии, построенный в XIII и XIV веках.

Ганзейская идея, безусловно, жива – взаимодействие муниципалитетов разных стран на основе самостоятельного и добровольного волеизъявления, как равных партнёров и участников, и, конечно, общение жителей городов между собой. Идея останется жива даже в том случае, если нынешние чиновники из Брюсселя, руководящие в ЕС, окончательно сделают Ганзейский союз прикормленной домашней организацией, включающей в свой состав только тех, кто правильно себя ведёт по отношению к общеевропейской повестке. Но пока Ганзейский союз, как когда-то средневековый собрат, не будет вести независимую самостоятельную политику, направленную на развитие всех городов, он будет восприниматься в лучшем случае, как организатор крупного фестиваля и только… Однако в таком случае нынешний Ганзейский союз через некоторое время точно также исчезнет, как это случилось со средневековым объединением. Просто в городах однажды поймут, что им совсем незачем состоять в этом сообществе. А для пользы дела нужно оформить новый Ганзейский союз, в котором права городов будут уважать и сохранять, как незыблемый кодекс.

Александр ФУРМАНОВ

Фото: stargard26.eu

«Прессапарте»/Pressaparte.ru