Интернет-газета. Псков
16+

«Здесь было всё, душе родное...». Три истории из жизни владельцев Юсуповского дворца

31 марта 2024 г.

Судьба этого человека, пока он был жив, привлекала репортёров. Их интересовал один эпизод из его жизни – убийство Распутина. Феликс Юсупов и в самом деле был в числе заговорщиков и лично исполнил задуманное. Он полагал, что устранение мнимого святого спасёт Россию от больших бед. Много позже он понял, что ошибся, и в истории страны уже начиналась другая эпоха. Но своей судьбой он являет пример человека, болеющего за родину. И не только в истории с Распутиным. После революции, оказавшись за рубежом, он много сделал для поддержки русских эмигрантов. В его доме находили приют и еду, в разговорах с ним – поддержку и утешение, благодаря его связям – работу. О своей жизни Феликс Юсупов рассказал в мемуарах, которые вышли сначала на французском языке, а потом были переведены на русский и изданы в Петербурге. Часть жизни князя прошла в этом городе, и имя его навек связано с ним. Его дочь Ксения в предисловии к российскому изданию написала: «Он оставил мне самое дорогое наследство – пример своей жизни и те ценности, которые не уничтожит война, не разграбит бунт, не отнимет власть: благородство, мужество и простоту».

История первая. Красавица и военный

Фото из книги "Князь Феликс Юсупов. Мемуары". Феликс Феликсович-старший и Зинаида Николаевна

Родители Феликса Юсупова, по мнению многих из их окружения, были не парой. Отец происходил из рода Сумароковых, всю жизнь посвятил службе и имел, по выражению его сына, более здравомыслия, чем глубокомыслия. За доброту любили его простые люди, особенно подчиненные, но за прямоту и резкость порою недолюбливало начальство. Юношей он поступил в гвардейский полк и впоследствии командовал им, потом стал генералом и состоял в императорской свите. В конце 1914 года Николай II отправил его с миссией за границу, а по возвращении назначил московским генерал-губернатором.

О матери, княгине Зинаиде Юсуповой, сын рассказывает с любовью и восхищением. «Высока, тонка, изящна, смугла и черноволоса, с блестящими, как звезды, глазами. Умна, образованна, артистична, добра. Чарам её никто не мог противиться», - вспоминал Феликс Феликсович. Тетка испанского короля инфанта Эулалия, когда гостила в России, назвала Юсупову символом эпохи:, так была впечатлена ею. Зинаидой Николаевной восхищались многие. Руки её просили знаменитые европейцы, в том числе августейшие. Дед мечтал увидеть дочь на троне, но оказалась не честолюбивой и выбрала себя в мужья гвардейского офицера.

Станиславский хотел, чтобы она поступила к нему в труппу, потому что был высокого мнения о её артистических способностях. Она всегда вела себя сдержанно и просто. И детей учила: «Чем больше дано вам, – повторяла она мне и брату, – тем более вы должны другим. Будьте скромны. Если в чем выше других, упаси вас Бог показать им это».

Княгиню очень любило все императорское семейство: с царём и сестрой царицы великой княгиней Елизаветой Фёдоровной она была дружна, а с государыней отношения разладились, потому что княгиня Юсупова была слишком независима и говорила, что думала, даже рискуя рассердить. Не любила она, например, Распутина, которого привечали при дворе, и не скрывала своего отношения.

Когда царскую семью арестовали и выслали в Тобольск, она получила от государя сообщение. Он просил передать ей, что понял, насколько правильными были ее предупреждения: «Если бы к ним прислушались, многих трагедий бы избежали». Политики и министры ценили матушкину прозорливость и её оценку людей и событий. Но и тут она, по скромности своей, предпочитала держаться в тени, и оттого её ещё больше уважали. «Выбери она иного супруга, возможно, сыграла бы свою роль не только в России, но и в Европе», - предполагает Феликс Феликсович. Но Зинаида Николаевна посвятила себя благотворительности и заботе о своих крестьянах. Распоряжаться огромным состоянием она доверила мужу.

Из воспоминаний князя Юсупова о дворце на Мойке, в Петербурге: 

«Дом наш был особенно замечателен своими пропорциями. Прекрасный внутренний полукруглый двор с колоннадой переходил в сад. Особняк этот подарила императрица Екатерина прабабке моей княгине Татьяне. Произведения искусства наполняли его во множестве. Дом был похож на музей. Ходи и смотри до бесконечности. К несчастью, дед затеял перестройку и многое, увы, испортил. Две-три залы, гостиных да галереи с картинами сохранили дух XVIII века. Галереи эти вели в домашний театрик в стиле Людовика XV. После спектакля ужинали прямо в фойе, если, разумеется, не было званого вечера, когда собиралось порой две тысячи гостей. Тогда ужин подавали в галереях, а в фойе накрывали стол для императорского семейства. Всякий такой прием потрясал иностранцев. Не верили они, что в семейном доме можно накормить стольких людей, и на всех хватит и горячих кушаний, и севрского фарфора, и столового серебра. Слуги были у нас всех мастей: арабы, татары, калмыки, негры щеголяли в своих пестрых платьях. Подвал в доме на Мойке был настоящим лабиринтом. Эти толстостенные с глухими дверьми помещения не боялись ни пожара, ни наводнения. Находились там и винные погреба с винами лучших марок, и кладовые с коробами столового серебра и драгоценных сервизов для званых вечеров, и хранилища скульптур и полотен, не нашедших место в картинных галереях и залах. Это «подвальное» искусство могло бы составить музей. Я потрясен был, когда увидел их в ящиках, в пыли и забвении».

История вторая. Конец Распутина

Фото из книги "Князь Феликс Юсупов. Мемуары". Феликс Феликсович-младший с женой и дочерью

Подвал Юсуповского дворца через несколько лет станет местом рокового события. Князь не хотел смерти Распутина, но всё, что случилось до декабря 1916-го, привело его к мысли о том, что жертва с его стороны неизбежна. Он, сын Юсуповых, должен взять на себя избавление России от Распутина. Как всё случилось, он подробно рассказал в своей книге «Конец Распутина». Написал он её для того, чтобы опровергнуть многочисленные легенды, которыми обросла эта история. Начинает князь с предыстории — приводит факты биографии Распутина — надо сказать, совсем неприглядные, образ святого старца от них сильно тускнеет.

Григорий Распутин родился в семье вора и пьяницы, стал перекупщиком лошадей, за свои дела в родной деревне в Тобольской деревне его прозвали «варнаком» (что у сибиряков значит отпетый мерзавец) и распутником. Тяга к мистике в нём появилась под влиянием священника – однако в церковь это его не привело, а привело в секту хлыстов, которые, как пишет Юсупов, были близки Распутину с его чувственным темпераментом. Их ритуальные хороводы заканчивались экстазом и оргиями – считалось, что таким способом люди могут достичь «Божьего озарения». Церковь была против служения Господу в такой форме: на Распутина поступила жалоба и ему пришлось уйти из дома.

«И пустился он в хождения по Сибири, и дальше по России, по большим монастырям. Из кожи вон лез, чтобы казаться самой святостью. Мучил себя, как факир, развивая волю и магнетическую силу взгляда. Читал в монастырских библиотеках церковнославянские книги. Не имев прежде никакого ученья и не отягощенный знанием, с ходу запоминал тексты, не понимая их, но складывая в Памяти. В будущее они пригодились ему, чтобы покорить не только невежд, но и знающих людей, и саму царицу, окончившую курс философии в Оксфорде», - пишет Феликс Феликсович. Состояние умов в предреволюционной России было таким, что люди охотно верили магам и колдунам – даже образованные были легко внушаемыми и легко верили «старцу от народа».

Распутин, имевший дар убеждения и к тому же владевший гипнозом умело манипулировал нужными ему людьми при дворе и умел казаться благочестивым даже высокопоставленным служителям церкви. Князю Юсупову довелось не раз общаться с Распутиным. Слушая его, он чувствовал – тот сам не понимает, о чем говорит, смысл Священного Писания он искажал, не задумываясь, но ему верили, потому что он успокаивал, обещал, пророчил, прикрываясь именем Господа. Распутин появился в подходящий момент: наступили тяжёлые для России времена. Уже пережили поражение в русско-японской войне, революционные беспорядки 1905 года, царскую семью беспокоила болезнь наследника. Надежда была только на помощь Божью,  и «посланцу Божьему» были рады. Его слушали, не понимая, впитывали каждое слово, видя во всем глубочайший мистический смысл.

Распутин богател, приобретал всё большее влияние, умножалось число его сторонников при дворе, которые имели свои интересы. Одним из его помощником стал терапевт Бадмаев, о котором князь Юсупов пишет, что он был лекарем-неучем, уверявшим, что вывез из Монголии магические травы И снадобья, какие правдой и неправдой добыл у тибетских магов. А на деле сам варил эти зелья из порошков, взятых у дружка-аптекаря. Подавал свои дурманы и возбудители как «Тибетский эликсир», «Бальзам Нгуен-Чен», «Эссенция черного лотоса» и т. д. Шарлатан и «старец» стоили друг друга и быстро нашли общий язык. Наркотические снадобья якобы давали государю, и он принимал их постоянно.

Князь Юсупов сблизился с Распутиным. Сказавшись больным, он попросил «старца» вылечить его и на себе испытал силу его гипноза. Распутин был с князем достаточно открыт, иногда, даже слишком. Выпив слишком много, он прямо рассказал Юсуповых о планах прекратить войну с Германией, отдать власть императрице Александре Фёдоровне, сделав её регентом при малолетнем наследнике, а Николая II отправить на покой в Ливадию (Крым). Распутин чувствовал — сил на это у него достаточно. Чем больше князь Юсупов слушал его, тем больше убеждался: он и есть причина всех бед отечества. «Исчезни он – исчезнет его колдовская власть над царской семьей. Казалось, сама судьба привела меня к нему, чтобы показать мне пагубную его роль. Чего ж мне боле? Щадить его – не щадить России. Найдется ли хоть один русский, в душе не желающий ему смерти? Теперь уж вопрос не в том, быть или не быть, но в том, кому исполнять приговор», - писал князь годы спустя. Он выступал за здравый смысл и независимые политические решения.

Нашлись и сторонники: князь Дмитрий из царской семьи, офицер Сухотин, депутат Пуришкевич и доктор Лазоверт. Обсуждая план убийства, они приняли решение сделать это в Юсуповском дворце, в подвале и скрыть следы преступления. Понимали, что в разгар войны, когда идёт подготовка к наступлению, открытое убийство Распутина могли истолковать как выступление против императорской фамилии. Договорились, что исполнит план князь Юсупов, и пообещали, что будут молчать об участниках, чтобы ни случилось.

Феликс Феликсович понимал: к концу своего царствования Николай II был совершенно раздавлен событиями и политическими неудачами и, как фаталист, считал, что против судьбы идти не стоит. И все же он до последнего надеялся, что государь, увидев, что члены его семьи и лучшие люди государства сплотились, спасая династию и Россию, найдёт в себе силы исправить дело. Но при дворе не нашлось людей, которые могли бы найти верное в тех условие решение.  Распутина не стало, но радоваться было нечему. Изменить ход событий было уже невозможно.

История третья. Меценат и кутюрье

Убийство Распутина закончилось для князя Юсупова ссылкой в имение Ракитное (теперь это Белгородская область). Оттуда он приезжал в Крым, который стал последним приютом для людей, не поддержавших революцию, а в 1919 году Юсуповы всей семьёй уехали за границу.

Их древний княжеский род, начиная с сыновей хана Ногайской Орды Юсуфа, служил России и на поле боях, и в делах общественных, и развитию культуры они немало поспособствовали. Дед Феликса Николай Юсупов, например, реформировал русский театр. Феликс Феликсович из России вынужден был уехать, но и за границей счёл своим долгом помогать русским эмигрантам, которые оказались в бедственном положении.

В 1919 году Юсуповы всей семьёй оказались за границей. Родители поселились в Риме, Феликс Феликсович с женой Ириной, урождённой Романовой, — ездили из Лондона в Париж, занимались сбором пожертвований для беженцев, устраивали благотворительные мероприятия, искали способы поселить их и накормить. От колоссальных богатств Юсуповых к тому времени уже мало что осталось, весь заграничный капитал с началом войны они перевели из Европы в Россию, а многое из того, что успели увезти с собой, продалию. Но в то, что Юсуповы сами нуждались, никто не верил — к князю обращались за помощью беспрестанно, и он не мог отказать.

Фото из книги "Князь Феликс Юсупов. Мемуары". Князь Феликс Феликсович-младший с женой Ириной Александровной

«Проблема казалось неразрешимой, но решать я ее старался. В отличие от русского генерала, который бегал по площади Согласия с криком «Все пропало, пропало все!», я поражений не признавал. При поддержке американских и английских друзей они открыли контору по трудоустройству эмигрантов, дом для престарелых, школу художественных ремесел и наконец модный дом. Сложили первые буквы своих имен и назвали его «Ирфе». Приобрести известность и привлечь заказчиц помог знакомый - будущий супруг внучки Рокфеллера.

«Клиентки были всех национальностей. Приходили из любопытства и за экзотикой», - вспоминал Феликс Феликсович, ставший теперь кутюрье. Одну свою заказчицу он запомнил особенно: это была мадам Хуби, огромных габаритов женщина, с трудным характером и привычкой постоянно пить. В первый визит в «Ирфе» она потребовала водки, кокошник и 15 платьев на заказ. Когда несколько дней спустя женщины из ателье привезли ей заказ - роскошный шитый золотом кокошник с драгоценными камнями и жемчугом, который она потом уже не снимала и выходила в нем даже на улицу. По происхождению миссис Хуби была египтянка, о которой в Париже ходили слухи, что деньгам и сумасбродствам ее нет предела. Князя она полюбила —к нему вообще привязывались необычные люди и среди таких он имел много друзей. Он помог ей узнать, что у неё прекрасный голос и приобщил к музыке, особенно к русской и цыганским песням.

***
У князей Юсуповых была одна дочь — Ирина, она вышла замуж за графа Шереметева. Их дочь Ксения уехала в Афины и носит тройную фамилию Юсупова-Шереметева-Сфири. Она приезжала в Россию, посетила Юсуповский дворец. В 200 0 году по её просьбе ей было предоставлено российское гражданство. Правнучку князя Феликса и княгини Ирины Юсуповых зовут Татьяна Ильинична, её муж — гражданин Греции Антонис Вамвакидис. В их браке родились две дочери — в 2004 году Марилья, в 2006-м — Ясмин-Ксения. Татьяна Ильинична живёт в Греции, регулярно бывает в Париже, у родителей, и несколько раз успела посетить родовое гнездо своих предков, Юсуповский дворец на Мойке. Кто видел её, говорят, что она унаследовала утончённость и загадочность Романовых и Юсуповых.

Кристина БОРИСОВА

«Прессапарте»/Pressaparte.ru

Читайте также:

Кража драгоценностей принцессы Матильды

Предсказания Черчилля

Наполеон стал предвестником Евросоюза

182 просмотра.

Поделиться с друзьями:

Поиск по сайту

Заказать книгу