Интернет-газета. Псков
16+

Почему человека так тянет в темную-темную комнату?

26 мая 2016 г.

Мода на походы в музеи в нестандартных условиях, под покровом ночи, например, все прочнее укореняется в столицах и глубинке, но нужна ли она?

Только что отшумели призывные речи турагентств, приглашающих псковичей на «Ночь музеев» в Петербург, закрылись огромные двери псковских Поганкиных палат. Музейная эйфория только-только растворилась в ночной прохладе.

На «Ночь музеев» в Пскове я пришла впервые, вооружившись воспоминанием о питерском аналоге, и, пользуясь демократичными правилами, с опозданием. Приветственную речь директора музея, открытие выставки «Самые первые» и экскурсию по картинной галерее пропустила. В последней я была неоднократно; с галереей портретов и жизнеописаний первых собирателей, коллекционеров и музейных руководителей города можно было ознакомиться самостоятельно. Но, как и другие посетители, затаив дыхание, любовалась на кукол и «секретики» Инары Лиепы. И была захвачена вдохновенным рассказом консультантов о линии «Пантера» и освобождении Пскова в 1944 году в зале с экспозицией, посвященной Великой Отечественной войне. Частушки военных времен тоже были спеты при аншлаге. Более тихо, камерно и в то же время торжественно прошло открытие выставки памяти архитектора, реставратора Бориса Скобельцына. Хотя сохранить или создать торжественное настроение было сложно: не случайно музейное и библиотечное правило убеждает не суетиться и не шуметь. 

Для произнесения глубоких речей и чуткого их восприятия нужны покой и сосредоточенность, но их ощущать проблематично, когда же мимо тебя проходит нескончаемая толпа музейных туристов. 

Собрал зрителя и двор музейного комплекса: концерт русской музыки обещал быть приятным, сцена – на фоне освещенных фонарями стен XVII века – романтична. Кроме того, неподалеку расположилось кафе. Но, увы, радость была недолгой: пошел дождь и инструменты унесли, хотя концерт и не закончился: юноши и девушки в костюмах стилизованных под русские народные еще долго читали стихи о России и любви. Несмотря на это часть наблюдающих за представлением все же отправилась от дождя под своды каменных палат.

Церковное и столовое серебро, оклады древних религиозных текстов и, конечно, коллекция икон производили довольно сильное впечатление в тиши уже опустевших после шума первых часов публичной «ночи» залов. Все интересующиеся предметом воспользовались возможностью посетить экскурсии, и сложно было не присоединиться к одной из групп, которая с энтузиазмом слушала рассказ о самобытности псковской иконописи и иконографических традициях в целом.

Музейную ночь 2016, по информации сотрудников музея-заповедника, посетило более тысячи человек. Как высказался Юрий Киселев, директор Псковского музея-заповедника, на пресс-конференции, предваряющей ночное мероприятие:

- Ночь музеев» и «Ночь в библиотеке» зрителю по душе, и не исключено, что Псковский музей создаст собственное событие такого рода, например, «Ночь подвалов», предоставив посетителям возможность освоить подземные ходы и лазейки.

Предположения предположениями, а возросшее внимание к культурной тематике не в последнюю очередь результат подобных акций. Интерактив интересен массовому зрителю, зрел он или совсем молод. Возможность поиграть, пошуметь там, где обычно этого делать нельзя, и в то же время почувствовать себя избранным, побывать в интеллигентной среде подобные акции предоставляют любому. И, несмотря на то, что основная цель международной акции «Ночь музеев», действующей около 20 лет, – показать ресурс музеев и привлечь в них молодежь, массовыми настроениями в такие минуты заражаются люди разных возрастов.

«Галерею» диковинных мероприятий может дополнить пример прошлогоднего фестиваля современного искусства «Арт-стрим», проходившего в галерее «Дом на набережной» в Пскове, в том числе в подвале здания, где и расположилась большая часть молодых авторов со своими творениями. На ночном международном фестивале мультимедийных инсталляций «Цвет белой стены» стена здания под музыкальное сопровождение (последнее далеко не ново, но оттого не менее действенно) превращалась в полотно для фоторабот современных авторов. Эффектным это мероприятие сделало соседство приглушенного вечернего света, красок фото, музыки и таинственной атмосферы, которые создавали приковывающий все органы чувств и внимание эффект клипа.

На создании подобного эффекта основан и успех мультимедийных выставок «живых полотен» классиков и модернистов, прочно поселившихся в залах больших городов. Начали, конечно, с импрессионистов – ведь именно они самые живые, эмоционально наполняющие полотна цветом, особым стилем письма и теми эмоциями, которые призваны зародиться и у зрителя. Одним из первых в 2014-м году в России стал Ван Гог, затем – в 2015-м – Поль Сезанн, Поль Гоген, Клод Моне и другие, а также Сальвадор Дали. Теперь очередь снова дошла до Ван Гога.

Параллельно ему в Москве и Петербурге популяризируют Николая Рериха, Ивана Айвазовского и других маринистов. Дали, Рерих и другие, конечно, не импрессионисты, но важно, что в фокусе внимания организаторов оказываются те авторы, которые наиболее известны благодаря своему владению цветом, нестандартной биографии и любви к ним широкой аудитории. 

Зрители так же, как и в предыдущих случаях, на время просмотра помещается в темную комнату – зал лишен света, его стены завешаны панелями, на которые проецируются фрагменты известных полотен. 

Изображения сменяют друг друга довольно стремительно, наиболее известные шедевры сопровождаются анимационными эффектами, а музыка и удобные кресла-груши расслабляют мгновенно. Всё для того чтобы заинтересовать массовую аудиторию и в то же время сохранить глубину. С одной стороны, все это способствует полному погружению; полотна, и правда, словно оживают – виден каждый мазок. С другой – постоянно сменяющиеся фрагменты картин не дают насладиться работой целиком, кроме того, внимание зрителя рассеивается, приходится задерживаться на дополнительный сеанс, чтобы успеть рассмотреть всё. Задержавшихся на повторный просмотр и на прошлогодней выставке «От Моне до Сезанна» в «ЛенЭкспо», и на нынешней выставке работ Ван Гога в петербургском «Люмьер-Холле» я видела предостаточно.

На выходе из зала зрителей встречает зона интерактива с мольбертами для рисования, стенды с информацией о художниках, мини-кафе. На выставке знаменитого голландца, которая, к слову, продлится до августа, есть и зона для фотографирования с «говорящими» табличками «я самый главный экспонат» и «на выставке Ван Гога». 

Без попытки заманить зрителя, пока хит группы «Ленинград» о моде на культурность не забыт, ни эта деталь, ни рекламная компания со скидками для девушек на высоких каблуках и Сергеев не появились бы. 

Здесь же можно было получить магнитик с картиной живописца за пост в соцсети о посещении выставки с фото и хэштегом. Всё для молодежи и популярности!

Перечисленные выше события созданы по-разному, но их сходство порождает вопрос: почему же так тянет людей в музеи, библиотеки ночью, что влечет в темноту, подвалы? Почему так охотно или, немного смущаясь, стремятся люди играть или хотя бы наблюдать за тем, как играют другие в культурном пространстве? Может быть, оттого, что эта форма – захватывающая, игровая – более всего напоминает первое, детское знакомство с музеями? Может быть, оттого, что искусство всегда в первую очередь развлекало толпу и лишь потом просвещало наиболее заинтересованную ее часть?

Порою интерактив и следующее за ним «окультуривание» могут показаться всего лишь модой на духовность и образованность, поверхностными или, того хуже, пошлыми. Однако и они могут заинтересовать, стать толчком к посещению музеев и далее – к пониманию культуры. Тогда и сам этот человек станет носителем культуры.

Мария КУТУМСКАЯ, фото автора

«Прессапарте»/Pressaparte.ru

515 просмотров.

Поделиться с друзьями:

Добавить комментарий

Имя
Комментарий
Показать другое число
Контрольное число*

Поиск по сайту