Ирина Полякова: «Я пришла к вам. Всем. Факт»

Признаюсь честно: никогда еще мне не было так сложно написать вступление, предваряющее интервью. Наверное, оттого, что творчество человека, с которым хочу вас сегодня познакомить, говорит о ней гораздо больше, чем могу поведать я. Но шаблон ломать не стану, автор должен быть представлен…

Ирина Михайловна Полякова - учитель русского языка и литературы в третьем поколении. Родилась в Ульяновске, сейчас живет и работает в Пензе в Классической гимназии № 1 им. В. Г. Белинского. Учитель «по призванию и любви», как она сама себя определяет, Ирина - победитель конкурса «Учитель года» Пензенской области 2024 года.

Познакомились мы совершенно случайно через общих друзей, к которым она приехала в отпуск в Псков. Так удивительно совпало, что мы обе оказались носителями одной фамилии: Полякова. Да еще и города наши на одну и ту же букву начинаются! Дальше-больше: преподаватель-победитель-поэт - приятно познакомиться. Почувствовали себя частью игры «Сочини рассказ на букву П». А какое-то время спустя, Ирина рассказала, что пишет стихи. И они меня покорили. Наконец-то, - подумалось мне, - нашелся человек, которому я, не стесняясь, могу задать свои вопросы. Почему люди пишут стихи? Как они рождаются внутри головы человеческой? Что на первом месте: вдохновение или труд? Это невероятно интересно понять. А поговорить с учителем-поэтом - отдельный вид удовольствия. Постепенно наша легкая беседа переросла в серьезный разговор о роли литературы в современном мире, об учениках, о восприятии мира через призму поэзии. Мы его таким не планировали, но, как это часто бывает, одно размышление потянуло за собой следующее и следующее. Надеюсь, читать вам будет не менее интересно, чем нам беседовать.

 

Текст – это что?

- Ирина, как считаешь, автором (намеренно не уточняю, каким) может стать каждый? Или существуют, все-таки, невидимые границы, переход которых запрещен?

- Считаю, что автором может стать каждый, кто действительно этого захочет. Границы существуют, но уверена, что переход их не запрещен. Просто для кого-то он недоступен. Всё-таки талантом нужно обладать. Или, если не талантом, то хотя бы склонностью. Должно быть чутье, стремление к совершенствованию, ведь нужно помнить, что это ещё и тяжелая работа. Ну, вот для тех, кто не обладает ни тем, ни другим, и недоступен этот переход.

- А сама ты давно начала писать?

- В отрочестве еще - одно стихотворение «состряпала», потом как приходило желание. Но я их все люблю, и самые ранние, и более поздние.

- Как ты сама ощущаешь свои стихи? Это «откровенно о себе» или ...?

- Однажды, преподаватель факультета, на котором я училась, литературовед - её, к сожалению, уже нет в живых - прочитав несколько моих стихотворений, назвала моё творчество «поэзией-поэзией», в отличие от «поэзии-прозы» некоторых других авторов. Во-первых, для меня это был, конечно, очень лестный отзыв. А во-вторых, тогда я очень хорошо осознала это различие, и с тех пор для себя внутри так и ранжирую все стихотворные произведения. И то, и другое не хорошо и не плохо, просто по-разному. Стараюсь, чтобы мои стихи были и отражением процесса собственного проживания, и способом познания глубины этого мира, и откровением, а может быть, даже исповедью. Это мой личный дневник.

- Идеальный текст существует? Должен ли он таким быть? Для тебя это что?

- Существует. Идеальный текст – это такой, для которого, как писал Маяковский, «изводишь единого слова ради тысячи тонн словесной руды» в данный момент своего творческого развития и эмоционального опыта. Скорее всего, прочитанный либо другим человеком, либо спустя время, он покажется неидеальным. Но если его исправить, то это будет уже другой текст.

- Тогда для каждого он свой, выходит. Да, создать текст - целое искусство… Или не искусство?

- Как и ты, люди часто спрашивают: литература – это искусство или наука? Вопрос правомерный, ведь я учитель не только русского языка, но и литературы. А значит, литература для меня не может не быть наукой, то есть подчиняться неким законам, правилам, условностям. Но всё же, то, что является продуктом литературы, то есть собственно литературные произведения, могут существовать только тогда, когда они уникальны и имеют отклик в чьей-то душе. В этом случае литература, безусловно, искусство.

Поскольку в жизни я придаю большое значение внутренним ощущениям, то чувственное восприятие литературы мне ближе. При этом проза это или поэзия – не является определяющим. Литература – это то, что затронуло мою душу. Хотя бывает и по-другому.

 

Гни свою линию даже в параллельной вселенной

- Знаешь, некоторые твои строки катаются на языке как маленькие гладкие камушки. Мое образное и тактильное восприятие сразу включились. Хочется произнести, почувствовать их. Это, например:

Мохнатые катышки

Щекотятся ласково:

Старинная матушка-

Шаль в меру затаскана.

На чашке, початой чуть,

С каёмкою рядышком

Навеки впечаталось

Помадное пятнышко.

Помедлив немножечко,

Как будто украдкою,

Сползается с ложечки

В чай вязкая ягодка...

- Да, я их проговариваю, конечно, чтобы такой эффект был. И получаю от этого большое удовольствие. Мне папа сказал однажды про поэзию Высоцкого - такую простую и такую гениальную: это ж надо, он подлежащее со сказуемым рифмует. Вот и я обожаю иногда даже половинки слов рифмовать. Или одно слово с группой. У Цветаевой в основном училась.

Принимай! Сыпь талант цветами мой!

Ну ж, наперсник, бери-подхватывай,

Трепещи! Как я – пред Цветаевой,

Как Цветаева – пред Ахматовой.

- А кто-нибудь еще серьезно повлиял на тебя?

- В детстве была влюблена в Пушкина, писала реальными перьями. И срисовывала пушкинские рисунки.

- Современные литературные курсы/клубы помогают развитию писательского таланта, стимулируют в творчестве? Или это лишь приятное времяпрепровождение в кругу единомышленников?

- На этот вопрос обобщенно не смогу ответить. Поэтому расскажу о себе.
Я проходила курсы писательские. И это не только стимулировало меня в творчестве: написала два рассказа. Это дало мне нечто большее: внутри меня появилась база, знание, как надо, как правильно. И пусть после этих курсов я так и не стала великим писателем, не создала целый сборник рассказов или целый роман, но стала грамотнее в понимании литературы, как своей, так и чужой. Знаю, что для писательского труда недостаточно педагогического образования по линии литературы, а нужен именно литературный институт или что-то подобное.

Ещё один опыт – поэтический клуб. Он тоже был в моей жизни. И я видела, с каким удовольствием люди в него приходят, как им нравится это общение и так далее. Но то ли я не попала в их волну, то ли стиль у меня другой, то ли иной взгляд на поэзию – но после этих встреч стала совершенствоваться не благодаря, а вопреки им. Меня критиковали, не понимали, делали исправления, противные моей воле… Не знаю, может быть, это излишнее самолюбие, может быть, наоборот надо прислушиваться к опытным людям, и тогда меня лучше поймут другие… Но я осталась при своем мнении и продолжаю «гнуть свою линию» где-то в параллельной вселенной (смеется).

- И это здорово, ведь у автора должен быть свой собственный узнаваемый голос.

- Да, но сейчас очень трудно заявить о себе как о поэте. Думаю, это связано с тем, что уже прошли большие всплески поэзии в период Серебряного века, шестидесятых годов, и с тем, что очень-очень многое уже написано. Трудно найти тему, которая не была бы освещена, и способ её выражения, который не был бы использован. Приходится находить что-то кардинально новое, что бы повлияло на публику.

Кстати, заметила, что сейчас поэзия чаще всего проявляется в сочетании с музыкой, то есть в песне. Это сейчас модно – петь свои песни со своими словами.

А вот лириком быть гораздо проще и, наверное, даже нужнее. В моем понимании лирик – это тот, кто поэтически воспринимает мир.

 

Как они такими пишутся?

- Читаю твои стихи, и ритмом как будто раскачивает, вплетает в строки, по кругу водит иногда, как лист по водам реки. Как они такими пишутся?

Космос и птица

Забыли о времени и о пространстве.

Космосу снится,

Как птица к волне стремится – купаться.

 

Птице приснилось,

Как будто бы космос над нею склонился.

Птица приснилась

Космосу, космос птице приснился.

 

Космос и птица

Во время одно друг о друге узнали,

Листали страницы,

Ходили ногами, смеялись слезами.

 

Остро и косо

Вместились в пространство под самой ключицей

Вместе: и космос

Московский, и крымская, крымская птица. 

- Сначала какое-либо яркое состояние (= тема) облачается в пару строк, ритм, совокупность образов. Есть ощущения, которые я материализую в метафору. А потом начинаю тщательно всё остальное подбирать и вымерять, чтобы получилось то и так, как я хотела. Я - логик. Русский язык - это же логика. Стихи - тем более. Хотя не обязательно сразу у меня есть «цельный замысел» стихотворения, часто знаю начало и конец. Середина иногда бывает сюрпризной (улыбается). Некоторые строки в течение нескольких лет рождаются. Но я не разрешаю себе недоработанных стихов.

- У тебя есть стихотворения о Москве и Петербурге. Эти города имеют для тебя особое значение? Вот это мне особенно нравится...

Шарф завязан по-Питерски:

до коленей полоски.

Но все сны и все вывески –

Про Москву, по-Московски.

 

Уж четырежды полгода ́

Зачарованно губы

С поводом и без повода:

На два дня бы… В Москву бы…

 

В Петербург бы уехала,

Сердцем благоговея.

Но встаёт мне помехою,

Что в тоске по Москве я...

- Для меня Москва с Петербургом - как Пушкин с Лермонтовым. Первый - теплый, светлый, радостный. Второй - меланхоличный, глубокий, печальный. Но оба - гениальные и вечные. И Питер, и Москву люблю такой невменяемой любовью, какой любишь недосягаемого, умопомрачительного артиста. Люблю, бываю, в Москве - часто бываю, а жить там не хочу...

- Насколько я знаю, у тебя есть стихотворения-посвящения конкретным людям. Ты их пишешь только для себя? Или, все-таки, даришь адресатам?

- Дарю.

- Как они реагируют, интересно?

- По-разному. Одна из подруг восхищается и благодарит. Но она всем восхищается. Кто-то иногда молча принимает. Что-то, наверное, испытывают, но не озвучивают. Иногда говорят что-то, перечитывают.

- Тайна человеческих душ...

- Да. Я сейчас готовлю сборник для печати, он уже почти сверстан. Хочу книжку для себя и подарю друзьям!

- Хотелось бы войти в число счастливчиков!

 

Мурашки бегут по коже от этого…

- А как твои ученики относятся к художественному слову? Они, кстати, знают, что ты пишешь сама? Помогает им это узнавать и устанавливать свои отношения с миром?

- Мои ученики, как, наверное, и все люди, к художественному слову относятся по-разному. Есть ребята, равнодушные к литературе - сейчас эта тенденция, к сожалению, усиливается среди детей. Но есть и те, которые любят литературу во всём многообразии её проявления. У меня мурашки бегут по коже, когда на уроке я вижу, как загораются глаза некоторых ребят, которые вдруг, в эту секунду, что-то поняли, или открыли для себя в художественном тексте, когда они почувствовали настроение и глубину мысли автора, прониклись его ценностями. Иногда я слышу такое чуткое, бережное чтение стихотворения наизусть, что понимаю: всё не зря, ведь этот ещё маленький человек уже присвоил себе высокую поэзию. Ну и, конечно, всегда радуюсь, когда дети идут в библиотеку и выбирают книгу для чтения, а потом делятся впечатлениями, с удовольствием участвуют в конкурсах чтецов, выбирают себе любимого поэта, выполняют творческие задания: подготовить инсценировку, чтение по ролям, создать свой текст. А особенно – когда ученик признается мне, что сам сочиняет стихи или рассказы, и просит меня их прочесть.

Но к какой бы категории ни относился ученик, я уверена, что любое, даже самое малое, даже поверхностное соприкосновение с настоящей литературой каждому ребёнку помогает (осознанно или неосознанно) узнавать не только мир, но и самого себя.

О том, что я пишу сама, возможно, они и знают. Во всяком случае, я этого не скрываю. Но с моими произведениями они вряд ли знакомы, потому что, мне кажется, для детей они сложны. Правда, у меня есть один-единственный детский рассказ. Его они знают, я им его читала.

- Как-то читала интервью с Андреем Аствацатуровым. Он считает, что «общая задача писателя и филолога – прививать любовь к мудрости». Интересно услышать твое мнение. Совпадает оно с таким видением? В чем ты видишь свою задачу как учителя русского языка и литературы?

- Да, именно в этом я вижу свою миссию как учителя: научить мудрости. И да, в современную эпоху клипового мышления это сделать невыносимо трудно. Но дети, которые принимают это, всё-таки есть. И мой первый девиз: пока есть хотя бы один ученик, который воспринимает, понимает и принимает то, что я ему даю, то в моей работе есть смысл, а равно и в моем творчестве, если есть хотя бы один такой читатель.

А второй мой девиз: вне зависимости от эпохи, от особенностей новых поколений, есть кое-что, что непреложно и неискоренимо. Оно заключено в строках стихотворения Фёдора Ивановича Тютчева «Два единства».

«Единство, - возвестил оракул наших дней, -

Быть может спаяно железом лишь и кровью…»

Но мы попробуем спаять его любовью –

А там увидим, что прочней…»

 

Вот такой вышел у нас с Ириной разговор «о высоком». Она - человек тонкой настройки, считающий дар слова большим богатством. Ее стихи — это и диалог с поэтами Серебряного века («Зачем Вы опередили меня, Марина...»), и признание в любви к Москве и Петербургу, и музыка, и смена времен года, и умение тонко облечь в слова эмоции, моменты жизни - всё в них есть! И любовь. Любовь, конечно, заглавная тема нашей жизни.

Игра слов, богатые рифмы, журчащее переливание строк одной в другую. Некоторые из них настолько остры, что, будто скальпелем, моментально вскрывают душу. И сидишь растерянный, потрясенный этой смелой откровенностью. При чтении поэтических произведений у меня часто возникает ощущение, будто ставлю пластинку на проигрыватель, опускаю иглу на дорожку и внутренне замираю в предвкушении мелодии.

Отступаю, умолкаю. Вот-вот, слышите? Сейчас ее голос зазвучит...

Наталья ПОЛЯКОВА

 

Ирина Полякова:

 «Я пришла к вам. Всем. Факт.

Чтобы вас любить. Терзать. Теребить. Надоедать. Приходить к вам. Ставить в ступор и неудобное положение. Разоблачать ваше лукавство. Чтобы вам было неудобно. Чтобы вы видели, что такое настоящая любовь. Чтобы вы научились любить – меня, хромую, несуразную, не от мира сего. Чтобы научились любить внутряное, не соотнесённое с вашими устоями.

Пригласите меня в свой дом, и вы найдёте то, что потеряли. Пригласите меня в свой город, и вы полюбите его ещё больше.

Это я! Посмотрите на меня. Закройте глаза и посмотрите! Это я.

Я пришла в этот мир к вам».

 

А ещё в подарок нашим читателям подборка стихотворений Ирины Поляковой

Марине Цветаевой

Марина! Я Вас не знаю.

Марина, я к Вам – бегу.

Мне стать бы придворной стаей

В чердачном сыром снегу.

 

Я, право, не знаю – были ль?

Хоть есть Ваш ответ: была…

Мне б только хватило крыльев –

Объять Ваших два крыла.

 

Марина, я Ваше слово

Изучиваю насквозь.

Но: Кто Вы, Марина? Кто Вы?

(«Мне сладостно, что мы врозь».)

 

Июльской метелью тонкой

От Вас мне, Марина, – цвет.

Мне стать бы для Вас ребёнком,

Мне б выведать Ваш секрет.

 

Мне б стать вековою пылью

И – хоть бы одним крылом,

Хоть даже и полукрыльем –

Дотронуться бы тайком

 

До краешка бы рубахи…

Я б, может, сравнить смогла б

Ваш – в имени – амфибрахий

И мой – в сочетанье – ямб.

 

Зачем Вы опередили,

Марина, меня во всём?

Я где-то посередине,

Вы ж – там – под одним плащом.

 

Я знаю, Марина, тайну,

Которой нельзя сказать:

А Вы ведь и мне писали…

И – в Вашу Москву – искать,

 

Сыскать где-то между тех стен

Лазурь, серебро и медь:

Завещанный вами перстень

Заветный – хочу иметь!

 

Меж ставен в Борисоглебском

По лесенке к небу – лезть,

Дивясь озаренья всплеском:

Так вот же Вы… – Где-то здесь!..

 

Вы здесь. Как и я, Марина,

Вы – есть. Вы – всегда. Как свет.

Меня ж, как и Вас: ни ныне,

Ни прежде, ни после нет.

23 сентября 2012

 

Принимай! Сыпь талант цветами мой!

Ну ж, наперсник, бери-подхватывай,

Трепещи! Как я – пред Цветаевой,

Как Цветаева – пред Ахматовой.

22 ноября 2012

 

Простужена Питером –

вечером, ужином,

севером, свитером

рыхлым – простужена.

 

Одета вуалями –

чистыми, светлыми, –

соборными шалями,

Ветром одетая.

 

Усталая взвешенным

бегом за талыми

мыслями, бешеным

ритмом усталая.

 

Подхвачена городом,

каменным, плачущим,

птицами, гордым

теченьем подхвачена.

 

Одна, запоздалая,

пульсом пробитая,

всеми усталая,

всеми забытая,

 

Одета, ухожена,

в поезде скована,

Одна – и простужена –

И очарована.

17 января 2004

 

Шарф завязан по-Питерски:

до коленей полоски.

Но все сны и все вывески –

Про Москву, по-Московски.

 

Уж четырежды по́лгода

Зачарованно губы

С поводом и без повода:

На два дня бы… В Москву бы…

 

В Петербург бы уехала,

Сердцем благоговея.

Но встаёт мне помехою,

Что в тоске по Москве я.

 

В жар июньского месяца

Предвкушенье морское,

Но при этом мне грезится,

Будто пахнет Москвою.

 

И в метро, и в местах других,

От любого предмета –

Запах мыла и радуги –

Дух Московского лета.

 

Между призрачным «Шварцвальдом»

И Арбатом правдивым

Примосквилась и странницей

Я однажды бродила.

 

Неродная, столицая,

Шестибуквенный вензель…

Не Москва мне столицею,

А Ульяновск и Пенза.

 

Равнодушно-широкая,

разнолюдная птица…

Мне не жить там – ведь мне Москвой

Всё равно не нажиться…

2009-2014 гг.

 

Безымянный палец –

секунда растянута, как пружина, –

Прикасается к белой матовой

глади клавиши.

Безымянным звуком –

пружина срывается – закружило,

Всех иных звуков, красок, запахов

и тепла лишив.

 

И рука – как рука,

только кисть округлей, запястье тоньше,

Легковеснее, безымяннее

пальцы гения.

Без названья, без слов –

 инструмент и руки – и звук. И больше.

Ни-че-го. Всё теряет смысл до

оцепенения.

15 ноября 2015

 

А ты мечтаешь о другой стране,

Читаешь письма из почтовых ящиков,

Рассказываешь с трепетом о ней,

Болезненно прикладываясь на щеку.

 

А в той стране оазисы цветут

Взаправдашние, на песках, но знаешь ты,

Что утром снова ты проснёшься тут –

Где общего с тем краем очень мало что.

 

А в той стране и круглый год теплынь,

И люди, кажется, теплее на́ сердце,

И хворей нет, и твой малютка-сын

Наверняка почувствовал бы разницу.

 

А ты бываешь часто в тех краях,

И те края тобой уже изучены.

Но и потом, на фотографиях,

Воображенье жгут дворцы могучие.

 

И как-то между прочим, нет да нет,

Ты вспомнишь вдруг о ней и улыбаешься.

 

Но и тоскуя о другой стране,

Ты возвращаешься. Всё ж возвращаешься…

5 января 2011

 

Мохнатые катышки

Щекотятся ласково:

Старинная матушка-

шаль в меру затаскана.

 

На чашке, початой чуть,

С каёмкою рядышком

Навеки впечаталось

Помадное пятнышко.

 

Помедлив немножечко,

Как будто украдкою,

Сползается с ложечки

В чай вязкая ягодка.

 

Колени поджатые

Согреться пытаются.

От чая хоть жарко, да

Всё ж не получается.

 

До странности редкие,

До нежности ровные –

В отчаянно крепкую

Прядь волосы собраны.

 

Взгляд вида усталого,

Бесцельного, сочного

На скатерть до самого

Стола втёрся точкою.

 

Канвой, крестом вышитой,

Вся кухня заставлена.

То стук часов слышен, то

Вой ветра за ставнями.

 

Полхлеба из булочной

Да булка из хлебного.

И так-то все буднично,

И праздновать некого…

2004 – 14 января 2006

 

Снежная королева

Я очнусь от сердечной неровности ран,

Приосанюсь у острых, хрустальных зеркал.

В жемчуга и фланель облачаться пора:

Завтра – бал.

 

Прилеплю на реснички кристаллики льда,

Губки бархатным инеем припорошу.

Где тепло и уходят надежды куда –

Не спрошу.

 

Циферблат застужу-заморожу. Теперь

Всё смешается: завтра – сегодня – давно…

Всё равно мне: трепещешь ты или тебе

Всё равно.

 

Под жемчужной фланелью сверкнёт каблучок,

Всполошив невесомой позёмки волну.

Всё забуду. Коснусь обесцвеченных щёк.

И шагну…

10 февраля 2019

 

Скажи

Всё, что ты можешь предложить, – «скажи спасибо»?

А ты скажи, что за чудовищная сила

Меня выписывала из тебя с нажимом?

Когда процесс необратимым стал? скажи мне!

 

Я, может быть, вернусь туда, в необратимость,

И всё исправлю?.. Ты скажи мне – сделай милость!

Впишу обратно.

 

Почему вполоборота?

Ну повернись. Ну предложи ещё хоть что-то.

20 января 2020

 

Знаешь ли, как я люблю тебя?

Как планета

Любит своих обитателей –

Всех – на карте.

Помнишь, планета как плакала

В этом марте?

Это от непомерно большого света.

 

Знаешь ли? Всё я люблю в тебе.

Всё – до жеста.

Всё – до слезы. До морщинки,

Заметной еле.

Помнишь ли, сколько я плакала

В том апреле?

Это от непостижимого совершенства.

 

Ежеминутно. Всечасно.

От лета – к лету.

Знаешь ли, как я люблю тебя?

Как планету.

5 июля 2020

 

А. Я.

Буду ласково и переливчато,

Выразительно, ярко и ново,

Чуть печально, немножко забывчато,

Нежно, звонко, улыбкой и словом,

 

Буду прямо, открыто, кокетливо,

Но негласно и терпеливо,

Вдохновлённо, тактично, приветливо,

Больно, сложно, обидно, ревниво,

 

Буду взглядом, украдкой, мучительно,

Всем своим существом обнимая,

Принимая тебя, как учителя,

Каждый жест, вздох, звук, миг принимая,

 

Признаваясь и рукопожатьем,

И дыханьем, и робостью бодро ступать,

Буду тщательно, верно

скрывать я,

Что люблю я тебя так, как буду скрывать.

20 ноября 2001

 

 

Появилась,

Взяла власть

Мне не в милость

Странная страсть.

 

Мимо сна

У меня со мной

Страсть одна:

ДЛЯ ТЕБЯ, С ТОБОЙ.

 

Через мрак,

Через свет-тень:

ТЫ, К ТЕБЕ –

Изо дня в день.

 

С костью в горле

Еле хрипя,

Только:

ТЫ, О ТЕБЕ, ТЕБЯ.

 

Что бы, где бы,

Куда б ни –

Все ТЕБЕ, ДЛЯ ТЕБЯ

Дни.

 

Тьму пошлю

ЗА ТОБОЙ душ:

Страсть такая.

Прости уж.

 

НЕТ ТЕБЯ – где я?

Там? Здесь?

Слава Богу, что

ТЫ ЕСТЬ.

21 апреля 2003

 

 

Можно

Я буду жить

в одиночестве?

Можно?

Может быть – прихоть –

а хочется.

Хочется одиночества.

 

Можно

Перед тобой

мне попрятаться?

Можно?

Чувствам – отбой –

и в сумятицу?

Спрятаться бы в сумятицу.

 

Просто

Как-то любить

тебя – хлопотно.

Взрослой

Надобно быть,

очень опытной.

Опытной – как-то хлопотно.

 

Будет

Очень смешно,

если станется,

Будет

Если раздор –

и расстанемся.

Станется – так расстанемся.

 

Будни

Все скреплены

перемычками…

 

Будем

Быть мыслями

по привычке мы.

Смычно всё и привычно как!

 

Буду

Жёстко скучать

от незнания,

В трубку

Нервно молчать:

До свидания,

Знаю всё, до свидания.

 

Вспомню:

Как ты? Как жить? –

к чёрту прихоти!

Скромно

Стану молить:

Только приходи!

Ты один – впредь все прихоти!

 

Позже

Я завалю

тебя книжками.

Может,

Наговорю

тебе лишнего.

В книжках же много лишнего?

 

Встречу –

И обниму

тебя ласково…

Крепче

Только пойму,

как я счастлива!

Ласковый, ведь ты – счастье моё...

6 июня 2005

 

Спицы

Хватит слоняться без веского дела.

Надо заняться стихами… Сидела,

Перебирала блестящие спицы.

(Спицы успели уже затупиться.)

 

Спицами этими я не вязала.

Их остриё ни во что не вонзала.

Впрочем, я даже не помню мгновенья

Спиц невостребованных появленья.

 

Сразу они – из космической пыли,

После того, как их не было, – были.

После того, как их не было, – стали.

Стали звенеть легкомыслием стали.

 

Вне всяких мыслей определённых –

Перебирала блеск спиц притуплённых.

Чем приглянулось мне это занятье?

Так до конца не сумела понять я.

 

Видно, блестели они слишком пышно.

Правда, из них и стихов-то не вышло.

 

… Хватит слоняться без дела веками.

Надо бы всё же заняться стихами…

26 мая 2014

 

Космос и птица

Забыли о времени и о пространстве.

Космосу снится,

Как птица к волне стремится – купаться.

 

Птице приснилось,

Как будто бы космос над нею склонился.

Птица приснилась

Космосу, космос птице приснился.

 

Космос и птица

Во время одно друг о друге узнали,

Листали страницы,

Ходили ногами, смеялись слезами.

 

Остро и косо

Вместились в пространство под самой ключицей

Вместе: и космос

Московский, и крымская, крымская птица.

18 сентября 2018

Фото из личного архива Ирины Поляковой

«Прессапарте»/Pressaparte.ru

Также вам может быть интересно:

Сергей Биговчий: «Псков - это не провинциальный город. Я когда-то сравнивал его с Флоренцией…»

Что сказал Вениамину Каверину прототип героя «Двух капитанов»

Вероника Кучеровская: "Я больше склонна к эпатажу, чем наши студенты"