Интернет-газета. Псков
16+

Как мы открыли в Калининграде сундук метаморфоз

05 мая 2020 г.

В период онлайн-путешествий и виртуальных экскурсий, свалившийся неожиданно на мир, хочется лишний раз напомнить, что никакие из них не заменят реальных впечатлений. Тех, что получаешь и от встречи с шедеврами в галереях, и от прогулок по крепостям и замкам, и от знакомства с любым местом на земле, будь то маленькая опушка в лесу, или город.

Например, о Калининграде столько всего написано за минувшие годы, что, кажется, и рассказать больше нечего, и когда берешься почитать о городе, то с первых минут тонешь в массе чужих впечатлений и предложений посетить и увидеть. И тогда ты откладываешь эту кипу литературы и выходишь на калининградские улицы сам. А если и записать свои ощущения, то только, не стараясь никого удивлять, впечатлять, шокировать, не с мыслью перечислять исторические факты и заслуги. А лишь из желания понять силу места. На мой взгляд, именно за этим люди и ездят по разным городам и весям, не довольствуясь лёгкими виртуальными прогулками.

 

Сказать, что кое-что понял из своих встреч с Калининградом - о городе, о сообществе людей здесь живущих – не могу. Скорее пока ничего не понял. Город и русский, и нерусский – и немецкие черты есть, хотя их тут гораздо меньше, чем принято считать. Возможно потому, что черты эти не совсем немецкие – прусские – да, а прусские – это несколько не то, что немецкие. Но немало местных жителей хотят считать именно так, что немецких черт в городе по-прежнему много. Одну из черт я и впрямь встретил почти сразу, как вышел пройтись по улице – мальчика лет 9-10 с ранцем за плечами – светлолицего блондина с зачёсанной на бок чёлкой. Мне навстречу шёл именно такой немецкий мальчик, каким я себе их представлял и представляю.

 

У тысяч калининградцев одна линия жизни

Город, конечно, вобрал в себя многое из прошедших эпох, и немецкие черты тоже в этот котёл попали и сварились. После варки получилось то, что получилось, и каждый человек видит в городе то, что хочет увидеть, что настроен заметить. И это один из самых крутых результатов.

Здесь есть немецкие котики и морские львы, ещё довоенные, сопровождавшие когда-то каменными изваяниями прогуливавшихся фрау с миленькими детками в гольфиках. Есть и брусчатка, передающая гулким эхом стук каблучков девушек разных эпох, и скрип колёс трамваев, бегущих мимо стен удивительных домов, старых бастионов из красного кирпича, крепостных валов и уникальных ворот. Но показалось, что вовсе не они определяют национальную принадлежность города. Кирпич из Кенигсберга, из бастионов Кенигсбергской крепости в послевоенные годы, куда только не уехал: и в Минск, и в Ленинград, и в другие города, где из него много чего построено – восстановлены целые кварталы – своеобразная компенсация разрушенным фашистами советским городам. И от вливания этого красного кенигсбергского кирпича восстановленные города не стали менее русскими. Поэтому и сам Калининград – не этим кирпичным видом жив и здравствует.

От встречи с ним ждёшь много, и эти ожидания оправданы. И, чаще всего, удовлетворяются городом с очень необычной судьбой. Навсегда запомню слова дамы солидного возраста, встреченной у подъезда обычного пятиэтажного жилого дома. «Мне 92 года», - сказала она легко и без горечи, без стеснения и излишнего жеманства при скоротечном знакомстве под козырьком подъезда в попытке переждать резко припустивший балтийский дождик. «Ждать и не дождаться, гораздо легче, чем дождаться и потерять». Это было сказано совсем о другом в нашем коротком разговоре, но этой мыслью можно сопровождать многие наши и житейские ситуации, и перипетии судеб человеческих, и впору выбивать эти слова, как жизненный афоризм. Влияние Канта на местных жителей чувствуется.

У этой женщины, судьба многих калининградцев. Можно и так сказать: у тысяч местных жителей - одна линия жизни. После войны, в бывшую морскую столицу Германии, опустевшую после жесточайших боёв, стали приезжать сотни, тысячи людей из разных советских городов, сёл и деревень, призванных сюда восстанавливать руины, а точнее – создавать новый советский город. Они его построили, создали предприятия, порты, флотские базы, детские сады, школы, училища и университеты. Что могли – восстановили, что не смогли – выросло заново. В скоротечности и необычности ситуации тех послевоенных лет многое и потеряли, о чём сегодня можно только сожалеть. Могли бы, например, сохранить огромный Королевский замок. Впрочем, о таких неоправданных на наш современный взгляд потерях исторических зданий в военные и послевоенные годы, могут вспомнить практически все пострадавшие в годы войны города: и Псков, и Великий Новгород, и Ленинград, и Петрозаводск, и многие-многие другие. Кажется, вот постарались бы предшественники сохранить, восстановить и жили бы мы сейчас как-то по-иному. Но наши деды и прадеды были сильны своим умом, и жили по обстоятельствам тех лет, которые сегодня многим не понять. Да, и самое главное - была война, и этим многое объяснено.

К слову, мы сегодня, в мирное время, очень расточительны к историческому архитектурному и культурному наследию, которое нам досталось от предшественников. Сколько за последние десятилетия потеряно и обычной исторической застройки, и шедевров, настоящих жемчужин для архитектуры городов: и в Москве, и в Вологде, и в Пскове… И самое обидное – потери эти продолжают увеличиваться, гибнут многие старые здания и целые усадьбы – возьмите хотя бы усадьбу Строгановых в Волышово в Псковской области. Список современных потерь в отсутствии войн и других катаклизмов неоправданно большой и объяснить такую ситуацию невозможно, и особенно понять. А в послевоенные годы у наших дедов и отцов было огромное прекрасное желание на месте старых полуразрушенных зданий построить большие и светлые дворцы спорта, культуры, творчества для детей и взрослых – они тогда о многом мечтали и многое делали.

 


Калининградские звенья одной цепи

Калининград при каждой встрече оставляет неудовлетворённым. Хочешь познакомиться с ним поближе, а на пути всё время встаёт то балтийская погода, то кратковременность пребывания, то иные обстоятельства. При этом, постоянно ловишь себя на мысли, что в городе хочется быть, остаться, почувствовать себя его частицей малой… Зацепиться за множественные крючки, которые острым интересом впиваются в тебя сразу, как только ты попадаешь в его городское пространство.

Конечно, есть и вопросы, порой неудобные, например: зачем перенесли памятник Ленину из центра города, там, где он был поставлен прошлыми поколениями калининградцев? Понятно, что может прозвучать в ответ: из-за общей реконструкции площади Победы. А что это не ленинские последователи в многомиллионной стране добились этой великой победы над общим врагом? Совсем непонятно, как Ленин в интерьерах новой площади мог диссонировать общему значению и пониманию Победы? Это невозможно, это практически одно целое составляющее прошлое – цепь со звеньями. К тому же, памятники должны стоять там, где их поставили прошлые поколения – потомки не должны в эти обстоятельства вмешиваться, нельзя пытаться переделывать прошлое, даже, если нынешним поколениям думается совсем по-другому. Не трогайте прошлое, иначе оно не простит и обязательно отомстит. Сегодняшние обитатели городов могут и должны ставить свои монументы, реконструировать площади и улицы, вписывая в них новые фрагменты и композиции, но, не трогая того, что сделали предшественники - старые памятники должны оставаться на своих местах. Звенья из исторической цепи выпадать не должны.

Есть и другие вопросы, чего уж скрывать: зачем спорить и меряться зданиями церквей? Стоит большой храм одной веры – нет, мы построим рядом больше и выше. Странно всё это. А ещё хотелось бы, чтобы во всём городе было ещё больше уличного света. Когда уходят белые ночи тут становится черно. Особенно учитывая перепады рельефа и множество парков, а ещё лужи. А если вдобавок дождь… И меня уверили, что электрические сети в городе меняются.

Все эти вопросы, действительно, из того списка, в котором то, что легко исправляется, тем более, учитывая характер калининградцев – настойчивость, уверенность, оптимизм и жизненные стремления.


Сундук метаморфоз

Необычность Калининграда для жителей остальной России сразу отмечаешь. В этом, конечно, постаралась история города, повороты и коллизии политики, личности и персонажи. Ловишь себя на мысли, что это не город, а большой сундук метаморфоз. 

Когда розовощёкая, русоволосая девушка – полностью русская, до глубины, до самых тайных клеточек мозга, рассказывает об основателях города – тевтонцах, прусских князьях, немецких учёных, как о своей родословной, как о своих ближайших родственниках, сразу понимаешь, что мир не прост, совсем не прост. И, видимо, всё-таки не случайно послевоенный Кенигсберг стал русским Калининградом – слишком долго до этого момента история плела свою косу, вплетая в неё эпохи и судьбы людей. В Калининграде настолько плотно сплетена эта историческая коса, что трудно понять кто ты такой на самом деле, и в какой эпохе находишься.

Когда в 90-е годы Калининград сделали полностью открытым на въезд городом, сюда зачастили жители Германии, в те годы появился даже термин «ностальгический туризм», чтобы удовлетвориться контактом с родиной предков – бывшая столица Пруссии хранит в глубинах корни людей многих национальностей, живущих не только в Германии, но и в других странах. И литовцы тоже приезжают, чтобы прикоснуться к истории своих далёких предков, вспомнить и порассуждать о своей родословной. До наступления коронавируса приехать в Калининград было легко: границы открыты, появился механизм электронных виз. Немало и таких случаев, когда литовцы или немцы женились на калининградках, и живут здесь уже постоянно, становясь истинными приверженцами русских пельменей, щей и вяленой воблы.

По городским улицам в Калининграде ходишь так, будто попал внутрь волшебного шара: шаг – шар повернулся и ты - в другой среде, совсем в иной эпохе. Пытаться понять, сообразить, как этот механизм в этой городской среде работает бессмысленно, все теории, гипотезы и придуманные конструкции бессильны объяснить, и сами окажутся лишь искусственными конструкциями. Калининград, Кёнигсберг – как ни называй этот город – он всё равно будет иметь свой характер, облик, генетические и интуитивные связи. Если его не изнасилуют, не сломают, и не попытаются под благовидными предлогами сделать из него какой-нибудь «город будущего». Пока это Калининграду не угрожает так уж прямо. И сами горожане легко встают на его защиту, могут даже повлиять на смену губернатора. И даже природа тут пытается выровнять лишнее на её взгляд. Так и новый стадион, построенный к футбольному чемпионату 2018 года, природа может взять и утянуть в болота. Сколько денег ещё нужно туда вложить, чтобы хоть как-то защитить арену, видимо, мало, кто может сказать даже с учётом современных технологий. В прежние века, чтобы избежать таких последствий, делали проще – не строили там, где к стройке природа не располагала. Поэтому и войны многое не разрушили, и время пощадило немало строений из прошлого. И даже обстоятельства, детали и элементы городской истории вставали на защиту друг друга. Спасибо тем горожанам, которые когда-то похоронили знаменитого Канта у стены кафедрального собора, пришёл час, и уже могила философа спасла сам собор от исчезновения.


Что за бонусы им даны?

Калининград – большой город. Говорят, немало столиц европейских государств уступают ему в размерах, одна из них – Стокгольм. Но эта величина и размер совсем не уничтожили домашность Калининграда. 

И ещё одну важную особенность… Старая Москва исчезает, старая Одесса – тоже, Старый Псков уже почти исчез. А старый Калининград остаётся. Причём, речь не об исторических сооружениях - здесь может быть значительно меньше старых зданий и улиц, чем в других городах, но прежний дух, атмосфера города обволакивают даже современные строения. И это несмотря на главную метаморфозу: немецкий город стал русским с интернациональным содержанием населения, а городской дух остаётся прежним, оригинальным. Думаю, это благодаря тем жителям, которые необычайно бережно относятся к прошлому. Им тоже не всё удаётся сберечь, сохранить, реанимировать, но они распространяют свои флюиды на остальных и тем нередко останавливают уже занесённую руку... Пока сохранять особый дух Калининграда им удаётся.   

Вообще, патриотизм калининградцев поразителен. Русские, белорусы, литовцы, украинцы, стали любить этот город искренне, как свой родной. Владельцы отеля «Альбертина», например, не просто взяли старое название университета, но населили холлы, коридоры, комнаты современного здания образами знаменитых преподавателей, выпускников, тех, кто имел отношение к исторической Альбертине. И, наверное, они рады тому, что жильцы уезжают отсюда, немного прикоснувшись к славному прошлому. И таких примеров в городе достаточно.

На фото: холл отеля "Альбертина"

Да, горожане ругают власти, да указывают на ошибки. Да, в городе, по их мнению, не всё хорошо, не всё жителям нравится. Но люди при этом ещё крепче держатся за город. И чем дальше знакомишься с ними, тем больше удивляешься их увлечённости и вовлечённости. Многие в своём значительном, или совсем маленьком деле не просто работают, а выкладываются полностью, придумывают, изобретают. Кафе, магазины, павильоны, пекарни, кондитерские, сервисы, заводы и цеха – везде труд горожан виден невооружённым взглядом. Отдалённость от страны создаёт здесь такие условия, что надеются они больше на себя – и это хороший бонус. Сложилось ощущение, что калининградцы чувствуют перспективы. А иначе ничего не получилось бы. Они уверены, что жить надо в красивом и комфортном месте и за них город таким никто не сделает. А ещё… Либо власти местные научились горожанам особо не мешать, либо жители все препятствия могут нивелировать до безопасного состояния.

Можно долго перечислять успешные проекты горожан, ставшие настоящими визитными карточками Калининграда: удивительный и неповторимый Музей Мирового океана, сеть пекарен «Кёнигсбеккер», Музей янтаря, Академия янтаря, рыболовецкое предприятие «За Родину», музей-квартира ALTES HAUS… Перечислить всё, даже просто узнать обо всём достойном, нереально. И не надейтесь при своём знакомстве с городом сделать это за раз.

Янтарь добывают, делают из него не только бижутерию и сувениры, но и различные косметические средства. Рыбу ловят, коптят, вялят. Книги пишут, издают. И самое главное – у них всё это и многое другое покупают.


У них своя мораль

Когда только едешь в Калининград, кажется, что все калиниградцы связаны с морем. Если и не моряки, то непременно рыбаки, или жители побережья, или владельцы катеров и яхт. Или просто любители посидеть на берегу – послушать и посмотреть волны.

И, знаете, это так и есть. И людей в морской форме в городе много, и в вывесках, и в сувенирах тема присутствует. Порт – это не только место работы для многих горожан, но и любимое детище – экскурсия на водных корабликах будет неполной, если туристы не увидят порта. Корабли и различные судовые принадлежности привлекают в Музей Мирового океана толпы народа независимо от возраста и дня недели.

Хотя Калининград стоит не на самом морском берегу, но в выходные дни тридцатикилометровое шоссе в сторону Балтики – это сплошной автопоток. Самые популярные маршруты пригородных автобусов, маршруток, поездов и скоростных электричек – в сторону моря. Расписание их знать не надо – они ходят так часто, что не ошибёшься – каждые 4-5 минут от вокзалов и станций города отходит транспорт разного вида, чтобы отвезти вас в разные точки побережья. Да, и недалёк тот день, когда по новым дорогам и трассам, которые сейчас масштабно строятся, к морю пойдут новые маршруты. Калининград растёт очень быстро и может когда-нибудь соединится с морским побережьем.

А ещё калининградцы, кажется, все без исключений, знают историю штурма города в начале апреля 1945 года, и необычайно горды тем подвигом, который тогда совершили деды. Возможно, мне попались именно такие - погружённые в родной город, и счастливые, что он у них есть. Хотя хочется верить, что здесь все горожане такие, даже если они только месяц назад переехали сюда. А Калининград по этому показателю, действительно один из лидеров в России.

Когда возвращаешься к калининградским метаморфозам, то снова мучительно пытаешься сопоставлять факты и понять, как в этом вообще можно разобраться. Великий немецкий философ Иммануил Кант, проживавший в прусской столице, был когда-то в своей жизни, вместе с родным Кёнигсбергом, подданным Российской империи. И нынешние горожане с необыкновенной любовью считают его не только своим земляком, но и одной крови. Некоторые даже цитируют наизусть вечные кантовские строки.

«…мораль, собственно говоря, есть учение не о том, как мы должны сделать себя счастливыми, а о том, как мы должны стать достойными счастья».

Намеренно не говорю в этом очерке о калининградских музеях, выставочных залах, о множестве мест, где можно соприкоснуться с историей, культурой, традициями. Не знакомлю с персонажами, достойными отдельных статей, репортажей, рассказов и толстых романов. Нельзя, невозможно за один раз рассказать обо всём, или просто перечислить места и фамилии – это и неуважительно, и бездарно. С ними нужно знакомиться лично - вникать, вкушать, вбирать в себя частицы этого города.

И теперь вы тоже - закройте, отложите эти впечатления. Дождёмся окончания карантинов и в путь, чтобы составить свои представления о городе с невероятной судьбой.

Игорь ДОКУЧАЕВ,

Фото автора

«Прессапарте»/Pressaparte.ru

Вам также может быть интересно:

По-соседски говоря, о Резекне

Сегодня в столице древней Латгалии идет современная жизнь, замешанная на прошлом и надеждами на будущее.

За девочкой с лейкой пришёл мальчик с птицей

В польском Белостоке нашли свою форму самовыражения

Паутина Санкт-Петербурга

У этого города есть несколько паутин, об одной из них ниже…

1094 просмотра.

Поделиться с друзьями:

Поиск по сайту